Последние комментарии

  • Виктор Дышель19 декабря, 18:11
    что можно ожидать от зопализаПознер разъяснил, почему многие россияне уважают Сталина, и назвал их «рабами»
  • Сергей Анисимов19 декабря, 16:30
    В атласе СССР 1950 года граница Крымской области с хохлосранью проходит на южной окраине Геническа и ВСЯ Арабатская с...Новая «правда» в мировой истории: Крым Украине передал не Хрущев...
  • LPF Лифанов19 декабря, 16:04
    Самое главное укропы за аренду Крыма все еще не заплатили РоссииНовая «правда» в мировой истории: Крым Украине передал не Хрущев...

Ие Руса лим. Ладан Крита

Смотрим еще ничуть не менее удивительный факт переноса местности из Ближнего Востока все в ту же Африку. Вот что сообщает Варсонофий, паломник XV века, о своем путешествии в Египет. Сначала, очутившись в Африке, он попадает:

«…в Дамиетту, в землю Сирийскую. И от Дамиетты пошел по реке Нилу вверх к Египту» [43] (с.

344).

Таким же путем по пути в Иерусалим следует из Александрии и три века спустя монах Игнатий:

«Тогда мне отыскали греки корабль пловущь до града аравийска Деммията и яшася пути и дойдохом до него. Сей град состоит в устье Нила реки и прожил я в нем тридцать дней, а потом обретох корабль пловущь до града Иопии (что ныне называется Акра) вшед в корабль и яшася плаванию и достигохом Иопии» [194] (с. 15).

Аравийский град находится в устье Нила. О чем такое говорит?

Только о том, что Аравийский полуостров в те времена находился между Нилом и Красным морем. Причем, как и Иван Лукьянов 70 лет до этого, именно из Дамиетты корабль по иному руслу Нила уходит в какое-то африканское море и следует в Иопию, которую здесь редакция пытается переделать в Акру. Причем, вот уже какой путь назад проделал монах Игнатий:

«обретох я корабль идущь в Египет во град Дамиет и дойдохом до онаго места благополучно и обретох другий корабль аравийский и плаваша Нилом рекою и дойдохом в шестой день в Египет» [194] (с. 24).

Вот еще вариант расположения то ли этой Дамиеты, а то ли Дамаска в Египте:

«Нил бо река… разделяется на две части, от них же едина на восток завращается и течет даже до Дамяти, и впадает в море; вторая же завращается на север и течет под Рахит даже до моря…» [36] (с. 138).

Так что и в данном случае есть чему подивиться: Сирия Варсонофия в XV веке оказалась в дельте Нила. Дамята же Григоровича-Барского походит и своим значением, и своим наименованием на столицу этой страны — Дамаск. Находящийся, заметим, не в пустынях, куда его сегодня историки зафуговали, но именно на водных «караванных» путях — только через этот город можно было наиболее просто доставить грузы и пилигримов в Африку.

А вот куда заносит Сирию уже иной путешественник в Святую Землю — Григорович-Барский:

«три на всей вселенной градове большии народом и протяжением суть» [12] (с. 407).

И что же это за города за такие?

Первым, что и понятно поименован Каир, за ним Милан, а за ним Париж. Но вот в какой стране находится первый из них:

«gran Cairo di Siria» [12] (с. 407).

Перевод:

«Египет в Сирии» [12] (с. 407).

И это сообщается уже в 1727 году. Так что все описываемые путешественниками события, что окончательно выясняется, происходили на территории нынешнего Египта. Здесь был и Дамаск, и Каир, и Иерусалим. Здесь же была и Сирия (наша Северия), и Израиль (страна людей, вышедших из рая), и Самария (страна самой РА), и Галилея (страна галлов Лии).

Здесь же, что выясняется, был и Аравийский полуостров. Потому как вот что об арабах (аравах) сообщает путешественник по Египту Барский. Сначала он перечисляет множество обитающих здесь народностей — греков, евреев, турок:

«но Аравов без числа суть, там обо их род и отчество есть» [12] (с. 409).

То есть родина арабов — Аравия, находящаяся между Красным морем и Нилом.

А вот еще. После разлива Нила:

«Егда же напоятся поля и река испадет, тогда сеют пшеницу, риж, боб, сочиво и прочая, яже вся благословением Божиим толь угобзаются, яко всей Аравии от Египта изобиловати…» [12] (с. 409–410).

То есть Аравийский полуостров в те времена включал в себя и огромный город Египет. И вот почему столь был огромен в ту пору этот мегаполис:

«Египет есть славен множеством купцев, различними и драгими товары, понеже есть пристанище торговцев, от Индии возвращающихся… вся вещи приносятся через море Чермное, даже в Сувез, а оттуду по земле в Египет» [12] (с. 409).

То есть тот самый канал, который на древних картах якобы направлен из Нила в Красное (Чермное) море, что выясняется, отсутствовал. Потому грузы из Суэца в Каир перевозились на верблюдах. Так зачем тогда при походах в Иерусалим в Александрии приходилось пересаживаться на малые гребные речные суда?

Они, коль соединяющего канала с Красным морем не существовало, поднимали путешественников вверх по течению или Шат, или Асуан или Есне в находящееся в нынешней пустыне Египта внутреннее море. Там-то и находился и остров Крит, и, далее, гора Фавор, и Назарет, и вообще вся страна Галилея, и, далее, Иерусалим, и гора Ливан и снабжаемые водами Иордана огромные моря-озера: Генисаретское и Тивериадское. Это именно к ним, следуя пересказу все того же Барского, уже в его времена чуть ли ни под страхом смерти не пускали паломников захватившие эту страну турки. Причем, арабам (или местным неграм хананеям) они разрешали донага обирать всех тех путешественников, которые самовольно отправлялись к Иордану:

«Обичай же ходящим на Иордан идти нощию… понеже днем ходят семо и овамо Арапи, и тогда ради отнюдь невозможно шествовати: не яко убивают, безчестне приводят в Иерусалим к судии и той налагает (аще за Гречина) вину на монастырь патриарший талярей 50 за главу; аще ли Арменин, аще Римлянин, или ин кто, туюжде платит вину» [12] (с. 369).

То есть к Иордану, как это ни выглядит странным, никого из иностранцев почему-то не пускают. Что за секретный объект, охраняемый столь сурово, там мог находиться?

Во времена Барского, а это середина XVIII в., вовсю шла подготовка с переносом Святой Земли в нынешнюю Палестину. Именно по этой причине пострадал и наш Патриарх Никон, когда задумывал устроить у себя в Новом Иерусалиме точнейшую природную карту именно Древней, а не подготавливаемой масонами Новой Палестины.

Рассматриваем еще один очень интересный вариант проникновения на Святую Землю. Вот что сообщает о другой, сухопутной дороге Трифон Коробейников, посетивший Иерусалим в 1583 г. Начинается она от острова Кипр:

«От сего острова дорога, ведущая к Иерусалиму, еще разделяется на две части, из коих одной можно достигнуть Иерусалима морем, а по другой через город Дамаск сухим путем» [30] (с. 8).

Как можно вообще куда-либо на материк проникнуть с острова Кипра, отстоящего от материка на 130 км, сухим путем — не понятно. И разъяснится это недоумение лишь единственным — Кипром поименован один из островов во внутреннем море на нынешней территории Египта. Взгляните на карту Африки, и вы увидите его очертания среди окрашенных в зеленый цвет территорий высотой до 200 м над уровнем моря в районе 29º северной широты и 29º восточной долготы.

Вот каковы его размеры. Барский:

«Остров бо Кипрский есть зело велик: окрест вся земли имать семьсот и пятьдесят миль» [12] (с. 280).

Но вот что вроде бы и о нем же сообщается в IX в. географом, описателем климатов, Агапием Манбиджским:

«Кипр, окружностью в триста пятьдесят миль» [39] (с. 131).

То есть разговор в обоих случаях явно идет о разных островах.

А вот что сообщает о Древней Греции Полибий:

«Пелопоннес имеет в окружности, если не считать заливов, четыре тысячи стадий» [137] (гл. 12).

То есть что-то порядка 800 км — нынешний европейский Пелопоннес, в сравнении с ним, — карлик. А потому Древняя Греция, разделенная на десяток постоянно враждующих между собой хорошо вооруженных и имеющих огромные армии государств, всегда казалась много большей, чем выглядит сегодня. А она, что выясняется, и была много большей: 800 км в окружности.

Вот еще различие. О добыче на нынешнем Кипре ладана мы что-то не слыхали. Однако же дьякон Зосима свидетельствует, что на Кипре:

«родится черный ладан, он выпадает в июле и августе росою. На горах этих растут небольшие деревья, низкие, как трава. С этих деревцев и собирают ладан» [178] (с. 314).

И где же мог находиться этот тех времен Кипр? Ведь уже сегодня ладан культивируют или на юге Аравийского полуострова, в Йемене и Омане, или в Сомали. То есть на севере Африки этот Кипр находиться, как мы прикидываем, ну никак не может. А потому походит, что все перечисляемые пилигримами страны находились много южнее. Ведь север самой северной страны, где сегодня произрастает это растение, Оман, упирается в северный тропик. Это уровень Асуана. То есть Кипр тех времен находился даже южнее Асуана.

И вот каким является путь от того древнего большого Кипра в сторону Иерусалима:

«…от Кипра к Дамаску дорога лежит через каменистые горы и глубочайшие рвы… От Кипра до города Дамаска, который турки называют Шам… расстояния 150 верст» [30] (с. 9).

От Кипра нынешнего до нынешнего Дамаска, если взглянуть на карту, 250 км. Но это лишь в том случае, если лететь туда на самолете. В случае же обхода стороной Ливанских гор, это расстояние чуть ли ни удвоится. Так что устраивать поименованная Трифоном цифра могла лишь не сильных в географии лжеисториков начала XIX века. Нас она не устроит. А потому говорится здесь вовсе не о Дамаске нынешнем, но о столице той Сирии, которая находилась где-то в Африке. Причем, климат местный близок к климату Йемена и Омана. То есть, похоже, страны эти находились южнее Египта.

А вот еще достаточно удивительные подробности о продвижении паломников в Святую Землю:

«От Дамаска до горы Фаворской (гора Фавор, называемая арапами Тур…) 240 верст [на наших картах это расстояние вдвое меньше — А.М.], а от Фаворской горы до Иерусалима 150 верст [на наших картах и это расстояние вдвое меньше — А.М.], из числа коих половину переходят пешком, а другую переплывают на судах до самого города Вифсиады, от которого уже сухим путем достигают города Яфы, что в Апостольских деяниях называется Иоппиею» [30] (с. 10–11).

Причем, редакция уточняет:

«Город Иоппия или Яфа, стоит на самом берегу Средиземного моря… Воду употребляют из кладезей, коя для удаления жажды неприятна, а притом несколько и вредоносна» [30] (с. 11).

То есть практически такая же, как и в Александрии. Так что и здесь когда-то было дно соленого моря, а потому и вода в колодцах соленая. Вот и проложим для себя этот маршрут по современной карте: Крит – Дамаск – север Тивериадского озера (Вифания) – Яфа на берегу Средиземного моря.

Что за чушь собачья? Зачем по горам лазить, если здесь по морю до этой самой Яфы с Кипра по прямой втрое быстрей? Зачем мазохистам этим самым через горы километры накручивать? Неужели же эти сумасшедшие путешественники на карту в своих странствиях за почти две тысячи лет путешествий и взглянуть ни разу так и не соизволили?

Да нет: с пилигримами-то как раз все нормально — они знали, куда шли. Просто фальсификаторам после изобретения своей лжеверсии ну никак невозможно было всем прекрасно известный путь в Святую Землю переориентировать в нынешнюю Палестину. Потому-то и блуждали, буквально, в трех соснах в их интерпретациях путей паломничеств пилигримы — наиболее грамотная часть населения земли тех времен.

Вот еще удивительнейший пересказ путешествия в Иерусалим. На этот раз из Скандинавии. В «Дорожнике» аббата Николая вот как обрисовывается это «сухопутное» путешествие (XII в.):

«От Кипра два дня морского пути до Акрсборга (Акра, совр. Акко), он находится в Йорсалаланде. Далее идет Кафарнаум (библ. Капернаум, совр. Атлит), раньше он назывался Толомаида (Птолемаида). Затем Кесарея, затем Яффа… Затем Аскалон, он стоит в Серкланде... А на восток от Акрсборга находится Сюр (Сур, совр. Тир), затем Сет (Сидон, совр. Сайда), затем Трипулис (Триполис), затем Лик (Лаодикия). Там есть морской залив, который мы называем Антекьо-фьорд (залив Искандерон). Там в глубине залива находится Антиохия, там апостол Петр основал патриаршую кафедру. Все эти города находятся в Сюрланде (Сирия)» [186].

Да, с нынешними картами полное несоответствие. Но, подытожим повествование аббата Николая, здесь вырисовывается изгиб морского побережья. От Акры до Триполи морской берег вытягивается на восток. Далее — где-то в заливе находится и Антиохия. А вот Кипр, так как там произрастает теплолюбивое растение, из которого изготавливается столь серьезно воздействующий на нечистую силу драгоценнейший ладан, должен находиться южнее Ассуана — нашей точки отсчета для поисков Иерусалима. А ведь Ассуан находится в районе северного тропика — крайней точки произрастания дерева, из которого сегодня получают ладан. Климат же ранее, повторимся, был много холоднее. А потому этот Древний Крит следует искать только на юге от Ассуана. То есть на север от Крита расположена Акра, от которой морской берег в сторону Антиохии уходит на восток. Далее же берег смотрит с юга на север: от Акры до Яффы — морской пристани Иерусалима.

А вот как Трифон Коробейников со компанией из Иерусалима попадает на Синай. Он и его сотоварищи из Иерусалима:

«…предприняли путешествие через Египетскую страну на гору Синайскую…» [30] (с. 70).

То есть совершенно сознательно увеличивают расстояние своего маршрута втрое???

То есть — глупость. А потому вновь становится совершенно очевидным, что все описываемые Трифоном Коробейниковым события происходили в совершенно иной местности.

Вот еще любопытнейший момент посещения Святой Земли. На этот раз свидетельствует оказавшийся на Ближнем Востоке в 1465–1466 гг. купец Василий.

Египет в его пору, что нам впервые кажется удивительным, но повторенным дважды, после Варсонофия еще и Василием, теперь вовсе не вычурным и невозможным, представляет собой не страну, а лишь город:

«Египет город очень великий, в нем четырнадцать тысяч улиц… в некоторых улицах домов по пятнадцать тысяч, а в иных улицах насчитывается и до восемнадцати тысяч дворов. Да на всякой улице по торгу по великому» [52] (с. 357).

Все то же подтверждает и Трифон Коробейников:

«Древний Египет, а ныне называемый Каир, будучи окружен Нилом, стоит на месте ровном, веселом и плодоносном» [30] (с. 90).

Это место никак не перепутать с каким иным — именно у этого города располагаются рукотворные, как сообщает Коробейников, горы — знаменитейшие египетские пирамиды.

Здесь требуется дополнить рассказ и тем, что вода сюда поступала не только из нынешнего Нила, но, в том числе, и из находящегося вплоть до недавнего времени огромного озера на территории Чада и Нигера. Еще одно русло могли образовывать воды, стекающие с ледников, некогда располагавшихся на горе Марра (3 088 м) в Судане.

Вот очередное описание морей и озер разбираемой нами местности со слов арабского картографа ал-Бакуви:

«ОСТРОВ ТИННИС [Остров Тиннис — полуостров, вдающийся в озеро Тиннис со стороны моря у устья Нила — прим. ред.] — остров невдалеке от берега, между Фарамой и Думйатом, посредине озера, отделенного от великого моря. Между ними — длинная полоса суши. Это остров между двумя морями. Начало этой суши близ Фарамы. Там, в местечке, называемом ал-Карбадж, есть пролив, откуда поступает вода великого моря в озеро Тиннис. [Вода] проходит между великим морем и озером Тиннис и течет по этой суше [на расстоянии] трех дней [пути] — приблизительно до Думйата, а там — другой пролив. И вода поступает из великого моря в озеро Тиннис. Близ этого пролива воды Нила вливаются в озеро Тиннис. Длина озера достигает [расстояния] одного дня [пути], ширина — половины» [70] (с. 40).

А вот как описывается столица Сирии:

«Город Дамаск очень большой… Река большая Барада (В оригинале ошибочно названа Евфрантом — прим. редакции) сквозь город протекает, ее вода разведена по всем дворам, торгам, улицам и караван-сераям, эта же река проведена по селам и пашням. Торгов много, и бань очень много» [52] (с. 355–356).

В нынешнем Дамаске никакой реки нет и в помине. А вот купец Василий, напротив, сообщает о какой-то очень уж большой реке, используемой горожанами для многих нужд. В том числе и для бань, наличие которых уличает присутствие в этом городе пользующегося данного рода сооружениями лишь единственного человека на всей земле — русского (все перепавшие после нас бани туркам или иным азиатам, так как не представляют в их культурах ничего ценного, постепенно приходят в упадок). Причем, большая река эта поименована Евфратом. Редакция, правда, увещевает, что Евфрата там быть не могло.

Да, в окрестностях нынешнего Дамаска и действительно — не могло. Но тогда зададимся вопросом — где же находился описываемый Василием достаточно не маленький, но один из величайших городов того времени — Дамаск? Что, наш Василий, в Зазеркалье каком побывал, или все же в конкретном городе, который в точности и описывает?

Но и за несколько веков до Василия (1175 г.) Гергард тоже видит Дамаск на большой полноводной реке:

«Дамаск… имеет проточную воду, источники, водопроводы извне, а внутри водою снабжены различные места и отдельные дома… жители имеют, и вне, и внутри воды сколько угодно, как в земном раю» [65] (с. 449–450).

То есть тот город от нынешнего отличен самым главным: обилием воды.

Вот еще интересный момент путешествия Василия:

«От Дамаска три дня пути до Яковлева моста... через реку, которая течет из Черного моря в Тивериадское озеро» [52] (с. 356).

Редакция вновь поправляет путешественника, с ее точки зрения безграмотного купчишку:

«В оригинале ошибка: речь идет о реке Иордан» [52] (прим. 18 к с. 356).

Однако эта якобы ошибочка, где путешественник в столь дальние земли якобы заблудился в трех соснах, принадлежит не кому иному, как посланнику самого Великого Князя с каким-то тайным поручением к мамелюкам, по тем временам захватившим Египет:

«Имеются некоторые основания предполагать, что гость Василий и Василий Мамырев, который в 1470 г. был назначен Иваном III дьяком посольского приказа, — одно и то же лицо» [52] (с. 351).

Но никакой ошибки, как мы определяем, у грамотнейшего человека тех лет, Василия, в том числе и за свой отчет по путешествию получившего чин стольника при Великом Князе, нет и быть не может. Единственное, что бросается в глаза, — это полное несоответствие описываемой Василием местности Галилеи, которую за несколько веков до него посетил игумен Даниил. Между Тивериадским и Генисаретским озерами, что следует из рассказа игумена Земли Святорусской, всего с пару километров. Здесь же:

«А от Яковлева моста… до Тивериадского озера один день пути» [52] (с. 356).

То есть совсем не два километра, а за двадцать. То есть местность здесь описывается другая.

Мало того, игумен Даниил, не упоминает вот о каких святынях, находящихся в данной местности. Через реку, соединяющую Черное море с гигантским озером, стоит древний мост:

«На этом мосту Яков боролся с ангелом, тут же, вблизи моста, на левой стороне, дом Якова» [52] (с. 356).

Вот отчего данная местность именуется — Израиль.

Далее, пишет Василий: от Дамаска до Яковлева моста три дня пути. То есть 90 км.

Далее путь Василия простирается через Газу в уже упомянутый выше гигантский город Египет с 14 000 улиц. И куда же это он направляется?

Так ведь в Палестину. Причем, сам Василий вовсе не сообщает, что он в это время движется обратно. Но, если взглянуть, на нынешнюю карту, это выглядит именно так: пройдя Египет, он следует в Хеврон, затем в Вифлеем, затем в Иерусалим.

То есть Египет, иными словами, находился где-то на пути его следования из Дамаска в Иерусалим.

Дамаск же является столицей Сирии. Именно той, заметим, которая находилась где-то на реке Евфрат, которая вытекала из внутриафриканского моря, именуемого Нашим или Средиземным. А потому город этот имел столько много воды. Египет же находился выше по течению Нила, откуда Василий и следовал по маршруту Хеврон-Вифлеем-Иерусалим.

Еще один момент очень характерного отличия старого и нового Иерусалима:

«A хлеб во Иерусалиме сеят около Филиппова заговенья, а поспевает к Светлому Воскресению» [9] (л. 129 об.).

То есть хлеб сеют зимой. Где это возможно?

Опять же, исключительно в Африке. Удивительно?

Все вместе взятое и нами подробно разобранное информацию Андрея Степаненко об изначальном местонахождении Иерусалима в Африке подтверждает более чем внушительно.

Апокалипсис же Иоанна Богослова закрепляет наше предположение куда как еще более надежно:

«…Содом и Египет, где и Господь наш распят» [Откр; Апок 11, 8].

То есть местом распятия Иисуса Христа, что поясняет Иоанн Богослов, является город, находящийся в Египте.

Как это утверждение проверить?

Дело в том, что слова Апокалипсиса ни в какой проверке вообще не нуждаются. Это эталон. Вот какой фразой завершается данная книга, не обнаруженная ни в греческом, ни в еврейском текстах Библии:

«…если кто отнимет что от слов книги пророчества сего, у того отнимет Бог участие в книге жизни…» [Откр; Апок 22, 19].

Потому-то никто и не посмел не то что вымарать, но и позволить вымарать столь удивительно сегодня странно звучащее утверждение о местонахождении Голгофы и Содомского моря в Египте. То есть в Африке, вместо всеобще сегодня признанного Ближнего Востока.

Однако ж с уничтожением артефактов, обозначающих контуры земли некогда обетованной нам Богом, все обстояло куда как много печальнее сохранности текста Апокалипсиса Иоанна Богослова. И все потому, что у России, кроме ее армии и флота, никогда не было друзей. Врагов же всегда было в преизобилии.

Библиографию см.: СЛОВО. Серия 2. Кн. 5. Ие Руса лим http://www.proza.ru/2017/05/10/1616

Источник ➝