Загадки истории.

2 888 подписчиков

Свежие комментарии

  • Владимир Васильевич Шеин
    Начальником академии в тот момент был Павел Алексеевич Курочкин — генерал армии, Герой Советского Союза, крупный воен...«Отец народов»: М...
  • <Удалённый пользователь>
    И сейчас такие же. Только оформление другое. Техника...А так, ничего не меняется в глубинном мире.Странные дореволю...
  • Дмитрий Литаврин
    Статеечка - никакая. Но то, что революционеры всегда были террористами, бомбистами, бандитами, вымогателями и прочее ...Как бывший семина...

Юсупов Захар Ибрагимович. 97 лет. Ветеран Великой Отечественной Войны.

Юсупов Захар Ибрагимович. 97 лет. Ветеран Великой Отечественной Войны.

Юсупов Захар Ибрагимович.Родился 23 ноября 1921 года.Ветеран Великой Отечественной Войны.Он живёт в Москве, награждён боевыми медалями и орденами, участвовал в трёх юбилейных Парадах победы на Красной площади (в 1995, 2000 и 2005 годах).

В апреле призван в Красную Армию.Служил в специальном батальоне охраны стратегических объектов связи г.Москвы,главным из которых был Центральный телеграф.

Ветеран рассказывает.

Оборона Москвы
Война застала меня в Москве. Я был призван в Красную Армию в апреле 1941 года и попал в специальный батальон охраны стратегических объектов связи, главный из которых – Центральный телеграф. Как известно, фашистские войска стремительно приближались к Москве, а первый авиаудар по столице был нанесён уже через месяц, в ночь на 22 июля. Потом налёты немецкой авиации стали регулярными. Особенно тяжёлыми были ночные бомбёжки. Мы сутками не спали: дежурили на крыше, тушили зажигательные бомбы, помогали гражданскому населению спуститься в бомбоубежище – в общем, обеспечивали порядок… Конечно, ситуация на фронтах складывалась не в нашу пользу, но никакой паники не чувствовалось. Дисциплина в войсках была железная, боевой дух – на высоте! Мы верили, что Москву не сдадим, что обязательно выстоим.

7 ноября 1941 года на Красной площади состоялся традиционный военный парад войск … Он транслировался по радио на всю страну. Это произвело потрясающее впечатление! А когда в начале декабря стало известно, что враг не только окончательно остановлен на подступах к Москве, но и бежит, неся большие потери под натиском частей Красной Армии, перешедших в контрнаступление, то сразу на душе стало легче, спокойней. Победа казалась совсем близкой… Тогда, зимой 41-го, мы и предположить не могли, что до неё ещё долгих три с половиной года самой страшной, самой кровопролитной войны...

Экипаж машины боевой
Весной 1942 года меня направили под Ленинград, в 61-й танковый батальон, входивший в состав Волховского фронта. Так я стал стрелком-танкистом. Наша «тридцатьчетвёрка» (Т-34, легендарный танк Великой Отечественной) прошла с боями около двухсот километров по направлению к осаждённому Ленинграду. Помню, особенно ожесточённые бои шли в районе города Тихвина. Это трудно передать словами: разрывы снарядов, грохот орудий, крики, комья земли, кровь...

В одном из таких страшных боёв в наш танк попал снаряд, корпус загорелся, экипаж выскочил, стал сбивать пламя, благо рядом была речка… В тот раз обошлось… В сражениях под Ленинградом наш батальон нёс огромные потери: мы сражались из последних сил, понимая, что погибаем... Многие мои фронтовые товарищи так и остались на поле брани, а я был ранен в ногу и попал в госпиталь. За освобождение Тихвина меня наградили боевой медалью «За отвагу!», пожалуй, одним из самых ценных знаков солдатской доблести.

Контузия
После лазарета я так и не вернулся в батальон (он был практически уничтожен), а попал в эвакуационную ремонтную роту. Мы занимались восстановлением боевой техники. Запасных частей не хватало: из трёх подбитых танков мы собирали одну боевую машину. А в июне 1942 года нашу базу рассекретили (видимо, засекла вражеская разведка или кто-то донёс), и весь квадрат накрыли очень плотным миномётным огнём. Это был сущий ад! Меня засыпало землёй, я потерял сознание. Очнулся только через несколько дней – в госпитале под Рыбинском. Я был в очень тяжёлом состоянии. Сильная контузия, особенно пострадала левая часть головы: глаз ослеп, левым ухом я ничего не слышал… Потянулись долгие месяцы лечения – сначала в Свердловске, потом в Тюмени, пока, наконец, я не попал в Москву, в главный клинический госпиталь, к Бурденко. Московские врачи, нужно отдать им должное, сделали всё возможное, что поднять меня. Да и организм – молодой, крепкий – быстро восстанавливался… Но на передовую я уже не вернулся: в 1943 году меня выписали, присвоив группу инвалидности…

Победа
Так я начал привыкать к новой жизни – в тылу. Устроился на работу в ставший для меня родным Наркомат связи, затем поступил в техникум связи… А потом (уже после войны) окончил Московскую высшую школу профсоюзного движения имени Н.М. Шверника (сейчас она называется Академией труда и социальных отношений), сразу два факультета – планово-экономический и юридический.

9 мая 1945 года я запомнил на всю жизнь. В два часа ночи по радио диктор Юрий Левитан зачитал акт о полной и безоговорочной капитуляции фашистской Германии. Народ – от мала до велика – высыпал на улицу. Началась стихийная демонстрация. Вся Красная площадь мигом заполнилась многоголосой толпой. Это трудно описать: играла музыка, все поздравляли друг друга, плакали от счастья, целовались. А вечером был салют: тридцать залпов из тысячи орудий в честь нашей великой Победы.

Первая и единственная
Год нашей Победы был отмечен ещё одним важным событием – уже в моей личной жизни. В ноябре 1945-го я женился. С будущей супругой, Еленой Николаевной Данилиной, мы познакомились за год до того: наши кабинеты располагались напротив. Она работала машинисткой в секретариате Наркомата связи, а я – инструктором. Признаться, я давно приметил эту красивую девятнадцатилетнюю девушку. Да всё никак не решался начать разговор, переживал: зачем я ей нужен такой, контуженный… Потом всё-таки набрался смелости, подошёл… Мы стали встречаться: гуляли по набережным, ходили в кино, в Большой театр… Это были очень романтические отношения. А когда я сделал ей предложение, то она ответила уклончиво: прочитай письмо Татьяны к Онегину, и всё поймёшь. Эти пушкинские стихи я знал наизусть: «Судьбу мою отныне я тебе вручаю…» Значит, она согласна! Я был на седьмом небе от счастья! Свадьбу отметили тихо, по-семейному.

А жить переехали на Ордынку, к её родителям. Они занимали маленькую (всего восемь квадратных метров!) комнатку в коммуналке. Единственную кровать уступили нам, молодожёнам, а сами спали на полу. Трудное время, конечно, но мы были молоды и очень любили друг друга. Мы прожили вместе, как говорится, душа в душу, 61 год. Елена Николаевна была удостоена звания заслуженного работника Российской Федерации, она ветеран труда, а медали «За оборону Москвы» мы с ней вместе получали... Супруга скончалась в 2006 году. Это была очень сильная, настоящая любовь – длиной в целую жизнь. Любовь, достойная нашей Победы…

 

 

 

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх