Загадки истории.

2 894 подписчика

Свежие комментарии

  • Владимир Васильевич Шеин
    Начальником академии в тот момент был Павел Алексеевич Курочкин — генерал армии, Герой Советского Союза, крупный воен...«Отец народов»: М...
  • <Удалённый пользователь>
    И сейчас такие же. Только оформление другое. Техника...А так, ничего не меняется в глубинном мире.Странные дореволю...
  • Дмитрий Литаврин
    Статеечка - никакая. Но то, что революционеры всегда были террористами, бомбистами, бандитами, вымогателями и прочее ...Как бывший семина...

Ие Руса лим. Звезда на востоке

Ие Руса лим. Звезда на востоке

Но не только финики характеризуют Древнюю Палестину как местность, находящуюся в Африке, но и множество чисто африканских представителей животного мира, о которых повествуют в своих рассказах паломники: львы и гепарды, крокодилы и павианы.

Дьякон Зосима:

«Оттуда пошел в монастырь Герасима, которому лев работал, это место от Иордана одно поприще» [178] (с. 311).

Игумен Даниил:

«Львов много в этих местах» [75] (с. 28).

То есть животного, ни одной косточки которого в Новой Святой Земле, как ни старались археологи, по сей день обнаружить так и не удалось.

Ветхий Завет же сообщает о львах достаточно часто. Самсон, например:

«…как сообщается, из-за нестриженной головы своей обладал столь великой силой, что льва, встретившегося ему как-то на дороге, голыми руками разорвал на части» [119] (гл. XXVII).

«И сошел на него Дух Господень, и он растерзал льва как козленка» [Суд 14, 6].

Пастушок Давид, будущий Царь Израиля, не испугался выходить на бой с Голиафом потому, что до этого с Божьей помощью он убивал льва:

«И сказал Давид: Господь, Который избавлял меня от льва и медведя, избавит меня и от руки этого Филистимлянина» [1Цар 17, 37].

Причем, происходило все это действо, как свидетельствует автор «Бордосского вестника» (333 г.

), на пути от Седона в Иерусалим:

«город Страдела (Stradela, Церин). Здесь царствовал Ахав и пророчествовал Илия. Здесь поле, где Давид убил Голиафa (Место битвы, как ныне принимается, происходило гораздо южнее — прим. переводч.)» [191] (с. 24).

Это место сегодня трактуется на юго-западе от нынешнего Иерусалима, а не на северо-западе, как здесь процитировано. Потому-то переводчик и пытается поправить автора, якобы заблудившегося в трех соснах.

Какое еще зверье, кроме львов, водилось в явно африканской нами обнаруженной Палестине?

Дьякон Зосима:

«Оттуда пошел на гору, где был взят Илья на огненной колеснице на небо. В этом потоке был обильный тростник, где жили звери лютые: и серны, и кабаны, и гепарды…» [178] (с. 311).

Где кроме Африки вы сегодня отыщите гепарда?

Да здесь же, в Палестине, когда-то обитали и крокодилы. Животное, заметим, отнюдь не нынешнего палестинского региона. Насир-и Хусрау (XI в.), следуя из Хайфы, при подходе к Иерусалиму переходит вот какую местность:

«По дороге попалась каменистая равнина, называемая Вади Темасих (долина крокодилов — прим. пер.)» [93] (с. 62).

Но ни одной косточки и этого теплолюбивого животного, как гепардов и львов, в нынешней Палестине также не обнаружено…

Вот еще сообщение о фауне Палестины. На этот раз времен крестовых походов:

«В этой стране великое множество зверей, которые не похожи на зверей в наших странах. Здесь живут львы, леопарды, медведи, серны, лесные козы и еще одно свирепейшее животное, которое называется гиеной, от чьей свирепости ни одно животное не может спастись, и, как говорят, его боится даже лев. Там изобилуют верблюды и буйволы, а также павианы, которых называют лесными собаками, и они еще более безпощадны, чем волки» [185] (с. 150).

Ареал нынешнего обитания и льва, и гиены — исключительно к югу от Сахары. Туда же следует поместить и павианов, которых ни при каких обстоятельствах не могло бы занести в нынешнюю Палестину.

Так что доказательств, указывающих на место расположения земли обетованной исключительно в Африке — более чем достаточно.

Вот еще очень интересная параллель:

«корова, как олицетворение неба, почиталась и в Древнем Египте, и у индусов, и на Руси» [105] (гл. Погребальные обычаи).

Средневековые иностранцы, побывавшие в Московии, все время удивлялись — почему русские, несмотря на необыкновенное изобилие коров, не приучены лакомиться мясом этого животного. А все потому что русские — это в древности жители Египта, а впоследствии, какое-то время, и Индии.

Далее вновь встречаем у игумена Даниила явное несоответствие расположения Мертвого моря по отношению к Святой Земле и Египту:

«Богородица вместе с Иисусом, Иосифом и Иаковом, когда бежала в Египет, то ночевала в том месте, которое назвала Каламонией, что истолковывается “Добрая обитель”. Ныне тут дух святой сходит к иконе Богородицы. Монастырь этот на устье, при впадении реки Иордана в Мертвое море» [4] (с. 222).

И как могло Святое Семейство направляться из нынешнего Иерусалима или Вифлеема в сторону нынешнего Египта, если он, по отношению к устью Иордана, находится в совершенно противоположной стороне?

Для уточнения, откуда и куда бежать следовало Святому Семейству, рассмотрим лишь маленький фрагмент паломничества в Святую Землю Григория Ефимовича Распутина:

«В Вифлееме громадный храм…

Тут же Ирод избил младенцев…

В том же храме то место, где ангел Известил Иосифа, когда Ирод стал измышлять избить младенцев. Мы приложились, и все русские паломники с любовью обласкали это место и глядели на ту самую лестницу, закованную решеткой, по которой Иосиф выходил, чтобы совершить далее бегство в Египет. Мы с любовью и верой посмотрели вслед этой лестнице, куда Иосиф вышел из храма Вифлеемского, на тернистый путь в бегство» [26] (с. 542–543).

Вот теперь-то и гляньте еще раз на карту: где устье Иордана по отношению к Вифлеему?

На северо-востоке.

А где Египет, куда направили свои стопы беглецы?

В прямо противоположном направлении — на юго-западе. То есть нынешний Иерусалим, что уже более не вызывает никакого сомнения, сегодня находится вовсе не на том месте, где был изначально.

Чтобы прояснить голову, смотрим запись хожения Зосимы, посетившего Святую Землю в 1409–1412 гг.:

Перейдя на противоположную Иерусалиму сторону Иордана дьякон Зосима:

«…хотел пойти туда, где Мария Египетская жила в пустыне, на большой горе, в ущелье, но изнемог в пути и возвратился. Перешел Иордан и вошел в гробницу, где хоронят святых отцов из монастыря Иоанна Предтечи. Здесь бил челом и лобызал мощи святых старцев и святого старца Зосимы, который Марию Египетскую причащал» [178] (с. 311).

То есть Египет, что следует из рассказа, находился здесь совсем рядом — на противоположном Израилю берегу Иордана. Потому-то Святое Семейство, убегая от Ирода, зафиксировало свою остановку в устье этой реки. Именно здесь, в заиорданской пустыне, и жила Мария Египетская. Несмотря на то, что причащалась Мария у священника, жившего всего лишь через реку, она именуется Египетской, так как жила на той стороне Иордана, на которой уже начиналась страна Египет. Кстати, здесь же начиналась и та самая пустыня, которой сегодня в окрестностях Иордана — и в помине нет…

Добавим очередное подтверждение явной ошибочности поиска Святой Земли в нынешней Палестине. На этот раз свидетельство из всеобще признанного источника — Евангелия.

Вот каким образом волхвы отыскали место, где родился Иисус Христос. Когда они пришли к царю Ироду, вопросили:

«…где родившийся Царь Иудейский? ибо мы видели звезду Его на востоке и пришли поклониться Ему» [Мф 2, 2].

В нынешний же Иерусалим, следуя строго на восток из дальних стран, дойти просто физически не возможно. Если только доплыть

Так что располагался Древний Иерусалим, что вновь подтверждается, все же в глубинах Африки. Потому-то корабли с пилигримами идут в Святую Землю через африканский город Александрию.

Обратный же путь, как рассмотрено выше, проходил через рукав, несущий свои воды из Нила в Красное море. Перевозившие Ивана Лукьянова корабельщики, перегрузив поклажу и находившихся на корабле путников:

«…корабль порозжей привязали, да и повели под Домят» [9] (л. 139 об.).

Дамаск?

Может быть, но не будем спешить — оставим это пока лишь как предположение. Но самое главное и здесь высвечивается в повествовании: чтобы попасть в Иерусалим, надо было сначала пройти рукава Нила.

Как же такие удивительные сведения все же просочились в печать?

Не все сочинения паломников в Святую Землю, как весьма объемистые книги Григоровича-Барского, что выясняется, проводили через цензуру. Судя по всему, большинство «хожений» переписывалось от руки и ходило в народе нашем в полной независимости от желания властей скоординироваться с действиями перекройщиков нашей истории. И все по той простой причине, что запретить их хождение по рукам в православной стране являлось делом просто невозможным.

Но и с водой в древнем городе, в отличие от нынешнего Иерусалима, имеющего несколько прудов, речек и источников, был всегда достаточно серьезный напряг.

Даниил:

«Безводно место это: ни реки, ни колодца, ни источника нет вблизи Иерусалима, но только один водоем — Силоамская купель. Дождевой водой живут люди и животные в этом городе» [25] (с. 22); [75] (с. 14); [110] (с. 157).

Арабский писатель начала XIV в. ал-Бакуви сообщает, что Иерусалим стоит:

«на открытом пространстве, посреди гор... Население его пьет дождевую воду. Нет в нем ни одного дома, где не было бы цистерны; вода в них стекает с улиц…» [70] (с. 37).

Диакон Троице-Сергиевой Лавры Зосима (1419 г.) вот что сообщает о единственном источнике воды в этой местности:

«Внутри города Иерусалима есть Силиамова купель» [178] (с. 309).

Трифон Коробейников 1583 г.:

«…во внутренности сего города нет ни рек, ни потоков, ни кладезей, а потому для употребления жителям воду из одной сей купели безпрестанно на верблюдах возят арапы, продавая ее не дешевою ценою. Что ж касается до тех жителей, которые по причине своей бедности не в силах покупать Силоамской воды, то такие исправляют свои нужды дождевою водою; для чего бедные всегда имеют на своих домах плоские кровли, обведенные покато желобом, при конце которого внизу сделан небольшой каменный колодезь… а сию-то воду имеющую цвет белый, и не портящуюся, хозяин с бережливостью употребляет во весь год» [30] (с. 53–54).

Насир-и Хусрау (XI в.):

«Вокруг города возведена прочная стена из камней, скрепленных известью, с железными воротами. Около города нет ни одного дерева, так как город стоит на камне… Воды там, кроме дождевой, нет» [93] (с. 66).

То есть город стоит в потоке Кедрон, откуда вся почва вымыта. А потому нынешний Иерусалим, покрытый травами, кустарниками и деревьями, уже только по данному отличию ни в какой пример с истинным Иерусалимом, стоящим на голых скалах, не идет.

Монах Игнатий, судя по всему, в 1771 г. воды в Силоамской купели уже не застал, а потому пишет:

«Град Иерусалим не имеет никакой реки к пропитанию народнаго, а питаются дождевой водой и тако вырыты ровенницы, цистерны и удолия, где накопляется вода во время дождя, а когда засуха бывает претерпевают великую нужду, якоже повествует в житии Святаго Феодора Сикеота, егда он прииде поклонитися во Иерусалим животворящему древу крестному и живоносному Христову гробу, в то время была великая засуха и обступиша Святаго Феодора монахи и вси клирицы да испросит от Господа дождь земли изсохшей и тако Святый Феодор сотвори литию со кресты и пролияся дождь великий и напой всю землю и наполнишася воды и ровенницы вси и удолия» [194] (с. 20).

Кроме Силоамской купели, уже засохшей к XIX в., как сообщает П.А. Вяземский, еще упоминается о Соломоновых прудах и:

«Овчей купели» [190] (19 мая).

Причем, Соломоновы пруды — это не источник. Это гидротехническое сооружение древности, о котором «Бордосский путник» сообщает так (333 г.):

«В Иерусалиме возле храма имеются два большие водоема, сооруженные Соломоном» [191] (с. 25).

И все они теперь, вдруг, хоть и последний из них, Силоамова купель, что уже на самом деле, свое существование прекратил за полвека до этого, к середине XIX в. вдруг наполняются неизвестно откуда взявшейся водой. То есть воды в XIX в., в отличие от времен предыдущих, — хоть залейся.

Мало того, даже сама архитектура о былом достатке воды в этом Новом Иерусалиме, не чета своему древнему прототипу, сообщает все до мельчайших подробностей даже в оставшейся архитектуре этого города.

Вяземский:

«В городе сохранилось несколько арабских фонтанов, красиво отделанных резьбою на камне. Воды в них уже нет. Эта любовь и поклонение воде восточных жителей очень замечательны» [190] (20 мая).

Вот какие шикарные устройства для использования воды сохранились в Новом Иерусалиме.

Однако вернемся к Насир-и Хусрау (XI в.). Вода имеется только в Силоамской купели:

«Если пройти от города на юг полфарсаха и спуститься вниз, придешь к источнику, бьющему из скалы... Говорят, что тот, кто вымоет голову и тело этой водой, исцеляется от хронических страданий и болезней» [93] (с. 68).

Да, источников воды в городе нет, но:

«В трех фарсахах от города я видел большой водоем, куда собирается вода, текущая с гор. От водоема устроен канал, по которому вода течет в мечеть.

Вообще из всего города в мечети воды больше всего.

Однако во всех домах тоже устроены водоемы для дождевой воды, ибо, помимо дождевой воды, другой там нет. Каждый собирает воду у себя на крыше, и бани и все остальные учреждения питаются дождевой водой. Водоемы, устроенные в мечети, никогда не нуждаются в починке, потому что это твердый камень. Если даже в скале были трещины или отверстия, их заделали так прочно, что водоем испортиться никогда не может. Говорят, что все это устроил Соломон…» [93] (с. 77).

То есть настоящий Иерусалим расположен там, где когда-то бывали тропические ливни, способные наполнить водой огромнейшие резервуары. Понятно, пользовались этой водой исключительно завоеватели. То есть арабы. А потому среди христианских паломников упоминаний об иных источниках воды, кроме Силоамского колодца, нет.

Корнелий Тацит в конце первого столетия по Р.Х. вот что сообщает об этом резервуаре, сооруженном еще Соломоном, и о способе сбора воды иудеями:

«Тут же бил неиссякающий родник, в горе были вырыты подземные помещения, устроены бассейны и цистерны для хранения дождевой воды» [127] (гл. 12).

Но вокруг Иерусалима воды, повторимся, не было. Вот что сообщают об этом крестоносцы:

«…если же мы теперь пойдем в Иерусалим, и если нам придется оставить осаду, по недостатку воды…”» [16] (с. 217).

И вот с какими проблемами столкнулись крестоносцы при штурме Иерусалима:

«никто не мог за денарий получить воды в достаточном количестве, чтобы утолить свою жажду» [195].

В 1703 году побывавший в Иерусалиме московский священник Иоанн Лукьянов пишет. Из Силоамской:

«…купели арапы возят воду во Иерусалим да продают» [9] (л. 129 об.).

Находилась же она в ту пору уже далеко за чертой города:

«Ныне Сион-гора за пределами городских стен… Оттуда к югу, в долине под горой, находится Силоамская купель» [75] (с. 20–21).

И это, повторимся, единственное место, откуда Древний Ассуан (Аз Сиян=Сион=Сиена) черпал воду:

«…а рек и кладезей во Иерусалиме нет» [9] (л. 129 об.).

За 300 лет до Лукьянова побывавший в Иерусалиме Иоганн Шильтбергер подтверждает наличие в этом городе больших проблем с водой:

«Иерусалим лежит между двумя холмами и терпит большой недостаток в воде» [14] (с. 52).

Ну, во-первых, все же в «дебрях» — то есть между двумя грядами холмов. Нынешний же, наоборот, — на высоком холме.

А вот, во-вторых, самым главным для обитания человека что является?

Вода.

Вновь Лукьянов:

«И тое воду покупают турки богатыя, а убогия питаются дождевою» [9] (л. 129 об.).

То есть в колоссальных размеров городе нет главного — воды. Потому, похоже, он находится в страшном запустении. Между тем, где-то двумя десятилетиями ранее Лукьянова, турецкий путешественник Эвлия Челеби сообщает об Иерусалиме, как о городе, уже прекратившем свое существование:

«Но Ирак-и Дадиан лежит в развалинах, как и города Ахлат на берегу озера Ван, Солхат, Ктесифон, Куфа, Мосул, Бестин и город Асуан в Египте; в этом городе только совы да филины вьют гнезда, людей же совсем нет. И только в одной его части проживают жители Таустана, и всего их около одной общины» [23] (с. 101).

И все потому, что в Асуане продолжают функционировать лишь отдельные части этого города: места, посещаемые паломниками. Здесь, кстати говоря, зарыта и «собака» необычайной кругом царящей дороговизны. Ведь коль самого главного здесь нет, воды, все продукты и напитки являются привозными. А потому обходятся баснословно дорого.

Вот что насчет воды в единственном здесь источнике, Силоам, сообщает иной паломник — иудей Вениамин, посетивший Святую Землю в 1160–1173 гг.:

«…но там очень мало воды. Большая часть жителей Иерусалима употребляют дождевую воду, которую они собирают в цистерны в своих домах» [29] (с. 107).

И вот лишь когда появляется здесь некоторое количество воды:

«А дождь во Иерусалиме приходит ноября-месяца» [9] (л. 129 об.).

То есть глубокой осенью, как бывает исключительно в Африке. Именно там, в Египте, осадков выпадает, например, в рассматриваемом нами столь пристально:

«…Асуане 3 мм в год. Они приходятся на декабрь…» [37] (т. 3, с. 293).

300 лет назад, похоже, их было несколько больше. Это было связано с тем, что еще не пересохли находящиеся рядом моря, снабжаемые водами Нила, а потому осадки начинали выпадать несколько раньше. Однако ж и здесь все совпадает именно с климатом Египта.

На картах нынешнего Иерусалима, якобы древних, в противовес вышесказанному, имеются: источник Гион, источник Силоам, Змеиный пруд, водоем Езекии, Силоамский пруд. То есть по самому главному критерию, наличию воды, нынешний Иерусалим совершенно не походит на свой прототип в Африке, о котором мы привели сразу несколько свидетельств паломников и путешественников в Святую Землю с XII по XVIII век.

Источники эти никуда не исчезли и ко дню сегодняшнему. Вот, например, один из них упоминает Бунин:

«…за окном подо мной — громадный “водоем пророка Иезекии”» [177] (с. 223).

То есть воды — хоть залейся. Да и вообще про недостаток воды уже в нынешнем Иерусалиме не заикается вообще никто.

И если средневековые авторы упоминают о совершенно пустынной местности вокруг Иерусалима, то совсем иную картину в середине XIX века здесь наблюдает Вяземский:

«По обеим сторонам дороги обработанные поля и зеленеют нивы» [190] (17 мая).

То есть недостатка воды в окрестностях современного Иерусалима не отмечается даже в XIX веке — в тот момент, когда только версталась история о его здесь якобы когда-то местонахождении. А потому ни о каком в ту пору проведении водопроводов не могло быть и речи.

А вот что сообщает побывавшая там примерно в те же времена одна из российских принцесс крови:

«Наконец мы остановились немного отдохнуть в тени больших померанцевых деревьев во всем цвету… Несколько дальше открылась долина, в которой Давид ратовал с Голиафом, вокруг видны были рощи гранатовых деревьев, также в цвету»[196].

То есть по части снабжения водой этих двух совершенно разных местностей, явно находящихся на разных континентах, видно просто за версту: никаких деревьев, даже самых сорных, вокруг Иерусалима Древнего не произрастало. А вот уже Новый Иерусалим со всех сторон обсажен не просто каким-нибудь неприхотливым дичком, но именно капризными плодовыми деревьями. И вот им здесь воды вполне хватает.

Библиографию см.: СЛОВО. Серия 2. Кн. 5. Ие Руса лим http://www.proza.ru/2017/05/10/1616

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх